Домашнее насилие ссср

Важная информация в статье: "Домашнее насилие ссср". Каждый случай индивидуален. Поэтому, чтобы уточнить детали именно вашего случая можно обратиться к дежурному специалисту.

Бей не жалей. История семейного насилия на Руси

Законодательные новации последних месяцев относительно семейного насилия навевают устойчивое ощущение дежавю. Семейное насилие сопровождает нашу страну всю её историю. Конечно, невозможно сказать, чтобы наш соотечественник непрерывно страдал дома. И всё же домашнее насилие, считавшееся в разные времена более или менее приемлемым, было частью жизни огромной массы людей в прежние эпохи и остаётся в наше время.

Новые времена

Советская эпоха перевернула всё. Новое общество стремилось перепрыгнуть как можно большее количество ступенек в историческом развитии. Не остался в стороне и щекотливый вопрос. Телесные наказания и вообще битьё сразу же объявили неприемлемыми, а Наркомпрос рассылал гневные отповеди и инструкции по поводу обращения с ближним:

«Недопустимы телесные наказания и наказания в виде лишения пищи, как несовместимые с общественным строем советского государства».

Вообще, в советской педагогике тема рукоприкладства живо обсуждалась. Например, характерный диалог произошёл во время публичной лекции знаменитого педагога Макаренко:

Вы помните, вероятно, этот случай в «Педагогической поэме». И многие говорят: вот вы треснули Задорова — и всё пошло хорошо. Значит, нужно трескать.

Вопрос спорный. Ударить человека иногда, может быть, полезно, даже взрослого. Есть такие люди, которым следует набить морду. Но никто не может сказать заранее, полезно это или нет.

Я противник физических методов воздействия. И раньше был противником. Я ударил Задорова не потому, что своим педагогическим разумом пришёл к тому, что это хороший метод. И не потому так благополучно всё кончилось, что это был хороший метод, а потому, что Задоров был благородным человеком. Я Задорова избил, а он протянул мне руку и сказал: всё будет хорошо. Редкий человек способен на это.

Если бы на его месте был Волохов, он зарезал бы меня.

Один этот случай ничего не означает. Может быть, педагог и нарвётся на такое благородное существо: треснет его, а тот ему руку пожмёт. Всё может быть. Но это ничего не доказывает. Вообще физическое наказание как метод я не могу допустить, тем более в семье.

. Я не видел ни одной семьи, где физическое наказание приносило бы пользу.

Правда, о чём часто забывают благонамеренные реформаторы всех эпох, реальность куда более инертна, чем высказываемые из кабинета благие пожелания, а средний уровень родителей или даже учителей далеко не походил на тот, что демонстрировал Макаренко, рефлексировавший по поводу единственной затрещины.

На практике бытовое насилие попадало в фокус внимания общества и правоохранителей, только если пострадавшие несли на себе зримые следы травм. В «Крокодиле» 60-х, например, публиковалась в режиме «вредных советов» памятка хулигану:

КОНСУЛЬТАЦИЯ ЮРИСТА


УЗНАЙТЕ, КАК РЕШИТЬ ИМЕННО ВАШУ ПРОБЛЕМУ — ПОЗВОНИТЕ ПРЯМО СЕЙЧАС

8 800 350 84 37

Когда ты женщину избил

И уличён на месте был,

Не доходя до прокурора,

Женись на ней без разговора.

Потом дерись: хоть трезв, хоть пьян,

— Ты муж, а муж не хулиган…

Кто взял свидетельство о браке,

Тот состоит в законной драке!

Шутки шутками, а битьё в семье считалось привычным явлением. В результате даже в 80-е годы до половины родителей практиковали телесные наказания, иногда даже без конкретной вины, а ради профилактики.

Алексей Солодовников. В советском суде (Развод)

При этом, если педагогические и социальные практики продвинулись далеко вперёд, уголовное законодательство, наоборот, сначала сделало шаг назад. Из УК РСФСР 1922 года было исключено упоминание о правонарушениях конкретно внутри семьи. Снова к этой теме законодатель вернулся только в 1960 году, когда насилие в отношении близкого родственника стало квалифицирующим, усугубляющим вину признаком.

Домашнее насилие — безусловное социальное зло. Ещё советская педагогическая пресса отмечала: «Любые способы насилия, оскорбления, унижения представляют опасность для развивающегося детского организма». К этим словам можно только добавить, что для развитого взрослого организма систематическое насилие над ним также губительно.

Особенно опасно то обстоятельство, что рукоприкладство в семье самовоспроизводится. Дерущиеся отец и мать подают пример для детей, а за избиение отпрысков расплачиваются внуки.

В 80-е годы во время социологического исследования девочка девяти лет простодушно сообщила, что своих детей она, конечно, будет бить: «…как меня мама, что они, лучше, что ли?» Этой инерции поколений может хватить очень надолго. При этом проблема даже не всегда осознаётся как проблема: драки в семье рассматриваются просто как часть жизни, а тумаки, раздаваемые детям, — как элемент педагогики.

Между тем практика телесных воздействий на близких регулярно приводит к смертям, вызывает тяжёлые физические и психические травмы.

Статистика домашнего насилия в России

«Частичная переквалификация семейных побоев в административные правонарушения введена для «исправления» статистики. Это сделано потому, что в 2019 году правительству надо будет отчитываться по CEDAW (Конвенция ООН о ликвидации всех форм дискриминации в отношении женщин, ратифицированная СССР в 1982 году)», — полагает руководитель Санкт-петербургского кризисного центра для женщин.

Официальные данные о домашнем насилии в России носят разрозненный характер, однако по ряду признаков можно сделать вывод о том, что оно широко распространено.

По результатам отчета о репродуктивном здоровье населения России, подготовленного Росстатом при поддержке Фонда ООН в области народонаселения и отдела репродуктивного здоровья Центра по контролю и профилактике заболеваний (CDC):

  • При расчете в 16 млн. пострадавших получается, что от насилия страдает каждая пятая женщина в России.
  • Вербальному насилию подвергались в своей жизни более трети российских женщин.
  • О случаях физического насилия сообщала лишь каждая пятая.
  • 4% женщин сказали, что в их жизни бывали случаи, когда их нынешние или бывшие партнёры силой заставляли их вступить с ними в половую связь против их воли.

Интересную взаимосвязь установили учёные между домашним насилием и уровнем образования женщин, так «уровень насилия, которое женщины испытали на протяжении своей жизни или за последние 12 месяцев, снижается по мере роста уровня их образования». Уровень домашнего насилия вдвое ниже среди женщин с высшим образованием по сравнению с теми, кто имеет неполное среднее образование.

Примерно четверть женщин, подвергшихся насилию, заявили, что травма была не настолько серьёзной, чтобы обращаться за помощью или, что это было бы бесполезно и не принесло бы ничего хорошего, 8% думали, что это принесло бы дурную славу семье, 6% боялись развода, прекращения отношений или потери детей, 5% боялись, что, если они расскажут о насилии, то подвергнутся ещё большему насилию.

Пережитый в детстве опыт насилия является признанным фактором последующей вовлеченности в отношения, сопряжённые с насилием.

Каждая четвёртая жертва домашнего насилия никому об этом не рассказывает, в полицию обращается лишь одна из 10 жертв, до суда доходят единицы.

Еще одну страшную цифру можно встретить на просторах интернета — «каждые 40 минут в России от домашнего насилия погибает одна женщина». Впервые она появилась в докладе организации Amnesty International. Однако проверить её достоверность какими-либо официальными данными у нас так и не получилось.

По данным официальной статистики в 2018 году было зарегистрировано 12 516 насильственных преступлений против женщин, 3 260 тяжких и особо тяжких преступлений в сфере семейно-бытовых отношений. С января по июнь 2019 года зарегистрировано 17 301 преступление в сфере семейно-бытовых отношений, 60 % из которых в отношении женщин.

Реальное положение дел оценить весьма сложно, так как достоверной аналитики в настоящее время нет.

Избил — можешь развестись

Петровская эпоха и ранняя Российская империя ознаменовались скорее благими пожеланиями, чем реальными усилиями государства и общества по исправлению нравов. С одной стороны, общество становилось более секулярным и менее патриархальным, с другой — русская деревня, составлявшая почти всё население, жила по заветам предков. Однако эпоха медленно менялась. Разнообразные житейские наставления издавались довольно регулярно, и в них уже содержатся новые предложения.

Там советуют поступать с женой так, чтобы она «любила, почитала и не пужалась» мужа. В середине XVIII века некий автор делает и вовсе прорывное заявление: «В вечную и непременную регулу положи сие: чтобы жены никогда не бить». Для XVIII века это заявление выглядит действительно смелым. Муж, безусловно, рассматривался как глава семьи, но осуждение домашней тирании стало общей линией для тогдашних литераторов — и светских, и духовных.

[2]

Тогда же появилась практика разводов в случае «биения» жёнами и мужьями друг друга. Она не была массовой, однако само по себе явление уже не рассматривалось как вариант нормы. Правда, до рассмотрения доходили обычно самые вопиющие случаи.

Читайте так же:  Минусы усыновления детей

Картина «Семейный раздел». Художник Василий Максимов

Монахини Новодевичьего монастыря, например, как-то раз проводили освидетельствование избитой жены, обнаружив перелом ребра, отсутствие двух зубов, повреждение языка… Причём жалобы на такое обращение исходили часто не от крестьянок, а от дворянок, поповских жён и купчих.

В ногу с церковными властями шагали светские.

Екатерина предписывала лишать чести и прав состояния и сажать в тюрьму семейных «изувечников». Пожалуй, это первый случай, когда отечественное законодательство выделило семейное насилие в отдельную категорию правонарушений.

ХIX век принёс в жизнь нечто новое. Письменное право усложнялось, а взгляды общества на возможное и должное менялись. «Уложение о наказаниях» 1845 года демонстрирует уже очень близкую к современной позицию законодателя:

«За жестокое обращение с женой, доказанное обстоятельствами, особенно в случае нанесения ей ран, муж, по жалобе супруги или её родителей, подвергается наказаниям, определённым за тяжкие побои, раны или увечья. Сверх того, если он христианин, то он предаётся церковному покаянию по распоряжению духовного начальства. Тем же наказаниям и на том же основании подвергается жена, которая, пользуясь слабостью своего мужа, дозволит себе нанести ему раны, увечье, тяжкие побои или иное истязание или мучение».

В случае наступления тяжкого вреда здоровью (дефиниция которого без особых изменений перекочевала в современный УК) без вопросов отправляли в Сибирь на каторгу.

В целом Россия в эту эпоху ничем не отличалась от других держав и шла в общем потоке, направленном на неторопливое, но неуклонное смягчение нравов. К концу существования Российской империи общество уже демонстрировало готовность к эмансипации женщин и полному недопущению избиений в семье.

Коллаж © L!FE Фото: © РИА Новости, med.wikireading.ru

С января 2015-го по сентябрь 2016 года по данным МВД от рук семейных тиранов погибло 539 женщин и 56 детей. Зачастую они могли жить в случае своевременной реакции правоохранителей и возможности привлечь к ответственности преступника.

Лишь немногие из этих убийств происходили внезапно, чаще всего речь идёт о систематических побоях, кульминацией которых становится вред здоровью, часто фатальный. Дебоширов необходимо остановить — с этим согласны, кажется, все. Однако пути, которыми следует идти к гармоничным отношениям в обществе и семье, к сожалению, далеко не столь очевидны.

«Над законом – право сильного». Cпоры о домашнем насилии

Законопроект о профилактике домашнего насилия был размещен на сайте Совета Федерации 29 ноября, до 15 декабря пользователи могли проголосовать за или против закона в предложенной редакции. Результаты голосования до сих пор не объявлены, но законопроект, собравший на сайте Совета больше 10 тысяч комментариев, не нравится ни экспертам НКО, ни представителям РПЦ – хотя и по разным причинам.

Оригинальный законопроект был разработан активистками во главе с юристом Аленой Поповой. Он лег в основу версии, представленной Советом Федерации, но в измененном виде. Из первоначально описанных 42 глав в нем остались только 28, изменилось определение семейно-бытового насилия, а также меры, которые могут быть применены к агрессорам. Такими изменениями остались недовольны даже авторы оригинального законопроекта.

В документе, выложенном на сайте Совета Федерации, семейно-бытовое насилие определяется как «умышленное действие, причиняющее или содержащее угрозу причинения физического или психического страдания, или имущественного вреда, но не содержащее признаки административного правонарушения или уголовного преступления». С такой формулировкой не согласна одна из авторов оригинального законопроекта Алена Попова. По ее словам, насилие всегда противозаконно, поэтому не может не содержать признаков уголовного преступления или административного правонарушения.

Вторая ее претензия к законопроекту Совета Федерации состоит в том, что из него исключили термин «преследование». «Его Российской Федерации рекомендовал включить в текст закона Европейский суд, когда выносил решение по делу Валерии Володиной из Ульяновска», – говорит Попова.

Валерия Володина больше трех лет добивалась возбуждения уголовного дела в отношении бывшего молодого человека, гражданина Азербайджана. Он регулярно избивал ее с весны 2015 года, уже через несколько месяцев после того, как они начали встречаться. В январе 2016 года Володина обратилась в полицию, там возбуждать уголовное дело отказались.

Чтобы скрыться от бывшего молодого человека, она уехала в Москву. Он выследил ее и увез обратно в Ульяновск. В тот момент Володина уже была беременна. После очередного избиения она попала в больницу, где ей пришлось сделать аборт из-за травмы, полученной после удара в живот. Володина не раз обращалась в полицию, заявляя в том числе о похищении, однако уголовное дело не возбуждали.

В 2016 году Володиной все же удалось снова уехать в столицу. По ее словам, в тот момент бывший молодой человек «буквально жил в подъезде ее дома”, представлялся клиентом в кафе, где она работала, и писал жалобы начальству. Потом создал фейковый аккаунт «ВКонтакте», добавил в друзья родственников Володиной и одноклассников ее сына от первого брака и начал выкладывать интимные фотографии девушки.

ЕСПЧ счел, что российские власти нарушили статьи 3 и 14 Конвенции о защите прав человека – «Запрет бесчеловечного или унижающего достоинство обращения» и «Запрет дискриминации», и присудил Володиной компенсацию более 25 тысяч евро. Это решение стало первым, которое вынес ЕСПЧ по проблеме домашнего насилия в России.

По словам Алены Поповой, пока в законе не появится пункт «преследование», такие истории будут происходить и дальше. В список «близких лиц», на которых распространяется действие закона, Совет Федерации не включил людей, которые живут вместе без заключения официального брака.

«Домашнее насилие – это не подошел и избил». Рассказ отца Яны Савчук

«В России до 12 процентов семей живут в незарегистрированном браке. Еще 30 процентов до заключения официального брака живут в незарегистрированном. Таким образом, закон исключает защитные меры в отношении 42 процентов граждан», – считает Попова.

В законопроекте Совета Федерации нет упоминания о том, что защитное предписание (охранный ордер) может быть выдано как жертве насилия, так и и ее родственникам или друзьям. При этом, по словам Поповой, агрессоры нередко переключают свое внимание на близких пострадавшей или пострадавшего.

Охранный ордер предполагает ограничение контактов агрессора с жертвой, в том числе через интернет. Ограничение действует до года. Если насильник нарушает предписание, согласно законопроекту, ему может грозить штраф от тысячи до трех тысяч рублей. «Конечно, такая сумма не остановит насильника. Поэтому в нашей оригинальной версии законопроекта мы предлагали за первое нарушение наказывать крупным штрафом, а за второе – реальным сроком», – говорит Попова.

Еще одна претензия к законопроекту связана с нечеткой формулировкой «психологического насилия», которое определено как «жестокое отношение». В оригинальной версии документа оно было описано как умышленное унижение чести и достоинства путем оскорбления или клеветы, а также через угрозы совершения семейно-бытового насилия.

По словам авторов оригинального проекта, именно благодаря размытому определению «психологического насилия» противникам закона удается манипулировать чувствами родителей. В итоге те думают, что из-за принятия закона у них могут отобрать детей. «Я их прекрасно понимаю. Они запуганы, они во все верят. На них льются хорошо организованные и проплаченные потоки лжи. Выстроены они почти по методичке Геббельса. Согласно его правилам, в большую ложь люди верят охотнее, чем в логические аргументы. Наша власть это умело использует», – уверена Попова.

Большинство комментариев к тексту законопроекта на сайте Совета Федерации – негативные. Во «ВКонтакте» можно найти десятки групп, где пользователи, обсуждая законопроект, уверяют друг друга, что он может разрушить семью, и призывают голосовать против него. Андрей из Сургута – активный член одного из таких сообществ.

«Закон против домашнего насилия – это обман. А я против обмана. Я против того, чтобы под видом защиты женщин российский народ лишали доставшейся нам от СССР презумпции невиновности, – говорит Андрей. – В России проживают семьи разных национальностей. В каждой из них устоялись свои представления относительно воспитания детей и отношений друг к другу. Государство не должно лезть в дела семьи. Я чувствую, что меня хотят обмануть, навязать мне западные ценности. Об этом говорю не только я, но и все грамотные юристы”.

[3]

Любовь из Москвы подвергалась насилию со стороны мужа на протяжении 12 лет. Отношения, по ее словам, у них были «прекрасными», разве что «выпивал только часто». Потом она развелась и вышла второй раз замуж. «Живем вместе уже десять лет. Я знаю, что такое домашнее насилие и что такое жить в постоянном страхе, но еще я знаю, что закон этой проблемы не решит. Он только добавит еще одну – люди совсем перестанут заключать браки», – говорит она.

Читайте так же:  Является ли военная ипотека совместно нажитым имуществом

Ольга из Омска разделяет эту позицию. «Мне не нравятся люди, которые закон продвигают. Это какие-то западные феминистки, которые не знают российской истории. Мне бы хотелось, чтобы с подобными инициативами выступали наши люди, для которых близка идея традиционной семьи», – говорит Ольга.

По ее словам, закон поддерживают в основном молодые люди без жизненного опыта. Против же голосуют зрелые семьянины. «У меня есть родственники за границей, так что я не дура, знаю, что за этим законом стоят западные чиновники. Российскую традиционную семью они хотят разрушить, а до насилия им дела нет», – добавляет она.

«Этот закон истеричная тема феминистических направлений в обществе и элементарной безотцовщины. Российские женщины совсем не похожи на европейских. Закон разрушит их», – считает Нафиса из Ижевска. По ее мнению, осознание приходит к женщинам только после свадьбы, когда они начинают задумываться о детях.

Против законопроекта сразу после его публикации выступила и Русская православная церковь. Патриаршая комиссия по делам семьи, защиты материнства и детства выступила с заявлением: документ содержит целый ряд правовых дефектов, что делает его принятие недопустимым. «Все, что сказано или сделано в семье, между близкими людьми, в любой момент может быть использовано ими друг против друга. Такая ситуация разрушительна для семейного образа жизни и традиционных семейных и духовно-нравственных ценностей», – говорится в заявлении РПЦ.

Иерей из Сыктывкара Максим Стыров не готов поддержать законопроект, потому что он позволяет считать домашним насилием практически любые воспитательные действия родителей. «Родители имеют право и даже обязаны воспитывать своих детей посредством вынесения выговоров, применения наказания, лишения тех или иных благ. Этот законопроект лишает родителей возможности своими законными правами воспользоваться. Известно, что дети, воспитанные в разумной строгости, становятся более дисциплинированными, целеустремленными, терпеливыми, трудолюбивыми и послушными», – говорит Стыров.

Патриарх Московский и всея Руси Кирилл это представление разделяет. Во время проповеди в Успенском соборе Кремля он и вовсе назвал опасными тенденции по вмешательству в семью извне: «Борясь с употреблением силы в разрешении семейных конфликтов, мы не должны допускать вторжения в семейное пространство чужих людей».

Не нашел законопроект поддержки и среди мусульманского духовенства России. Представитель Координационного центра мусульман Северного Кавказа в Москве муфтий Ильдар Аляутдинов отметил, что мусульманское сообщество выступает против насилия в семье, однако разработанный законопроект направлен не на борьбу с ним, а на то, чтобы разрушить вековые традиции многих семей.

Против принятия закона высказалось и движение «Сорок сороков». Оно провело митинг «в защиту традиционных духовно-нравственных ценностей и традиционных семей».

Один из участников акции, москвич Евгений, выступает против побоев в семье, но не верит, что закон эту проблему сможет решить.

«Документ ставит в один ряд побои и так называемое психологическое насилие, вводя это понятие в правовое поле России. Кто и как будет определять, что является психологическим насилием, а что им не является, я понять не могу, – говорит он. – Если бы власти действительно хотели навести порядок и защитить жертв насилия, они бы расширили полномочия участковых, ужесточили наказание за побои и начали бы бороться с алкоголизмом. Большая часть подобных историй происходит, когда один из членов семьи находится в состоянии алкогольного опьянения».

Алена Попова считает, что у закона так много противников потому, что в России право на насилие есть только у мужчин. «В нашем государстве над законом всегда превалирует право сильного. Люди во власти, а это в основном мужчины, к такому положению вещей привыкли и не готовы что-либо менять», – говорит она.

Тем не менее закон активно поддержали мужчины из Петербурга, организовав акцию «Мужчины против домашнего насилия». Она намечена на 21 декабря.

Один из участников акции, психолог, сооснователь движения «Психология за права человека» Кирилл Федоров удивляется: разве он может законопроект не поддерживать? “Главная цель этого закона – защита пострадавших от домашнего насилия. И закон – это не просто про алгоритм действий по защите, это еще и про признание существования проблемы и выражение позиции государства по этой самой проблеме. Наличие закона отодвигает на второй план народные пословицы «Бей бабу молотом – будет баба золотом», а также говорит о том, что насилие неприемлемо», – говорит Федоров.

Многие считают, что закон направлен против мужчин, однако это не так, убежден психолог. «Если мужчина не бьет и психологически не изводит своих близких, закон никак его не затронет. Более того, этот же закон будет защищать мужчин, столкнувшихся с домашнем насилием в отношении себя», – поясняет он.

По данным МВД, с января по сентябрь 2019 года в России было совершено более 15 тысяч преступлений против женщин в области семейно-бытовых отношений. Тем не менее, подписи против закона поставили уже больше 20 тысяч человек.

Домашнее насилие в России «Бьёт — значит любит?»

Время чтения: 14 минут

Россия — одна из немногих стран, где до сих пор не принят закон против домашнего насилия, несмотря на то, что всё чаще можно услышать о женщинах, убитых или искалеченных своими мужьями, или детях, подвергшихся насилию со стороны родителей.

До начала 2017 года статистика таких преступлений в России только росла, 2012 год — 34 тысячи жертв, 2014 год — 42,8 тысячи, 2016 год — 65,5 тысяч. Но в связи с декриминализацией побоев в отношении близких людей в январе 2017 года число потерпевших резко сократилось до 36 тысяч. Домашние побои без причинения серьёзных травм, о которых заявляют впервые, перешли в категорию административных правонарушений и стали наказываться в большинстве случаев аналогично нарушениям за неправильную парковку — штрафом в размере 5 тысяч рублей. Да и практическая реализация данных мер правоохранительными органами носит весьма противоречивый характер …

«Дела о побоях являются сферой частного обвинения. Сами потерпевшие вынуждены идти в суд и доказывать факт насилия. Фактически закон защищает агрессора, а не жертву. Многие такие дела разваливаются, потому что женщина забирает заявление, часто — под давлением партнера. Сотрудники МВД, как правило, разделяют предрассудки о том, что «бьёт — значит любит», а судьи ставят целью примирить стороны, а не предотвратить дальнейшее насилие»

Жертвы домашнего насилия – дело Володиной

Члены Совета Федерации всё же не исключают, что в дальнейшем домашнее насилие может быть переведено в уголовную плоскость, причиной тому текущая правоприменительная практика.

Первое решение Европейского суда по правам человека по делу о домашнем насилии уже состоялось. ЕСПЧ обязал Российскую Федерацию выплатить 20 тысяч евро в качестве компенсации морального вреда 6 тысяч евро в качестве компенсации судебных расходов россиянке Валерии Володиной, подвергавшейся насилию со стороны бывшего сожителя и так и не получившей никакой помощи от правоохранительных органов.

Читайте так же:  Муж собирается подавать на развод

ЕСПЧ постановил, что российские власти нарушили статьи 3 и 14 Конвенции о защите прав человека и основных свобод — о запрете пыток и дискриминации.

Дело Володиной — наглядный пример того, как на практике реализуется защита правоохранительными органами жертв домашнего насилия.

[1]

Бывший возлюбленный угрожал, избивал, преследовал, похищал девушку, публиковал её интимные фотографии, нападал и портил личные вещи, караулил в подъезде, она находила у себя устройства слежки — за три года произошло огромное количество различных инцидентов. Но никакой защиты и помощи Валерия так и не смогла добиться, всё продолжалось снова и снова.

Видео (кликните для воспроизведения).

Девушка неоднократно обращалась в полицию, однако дело возбудили лишь по факту публикации её фотографий, квалифицировав это — как нарушение неприкосновенности частной жизни, и спустя несколько месяцев приостановили «в связи с невозможностью установить лицо, подлежащее привлечению к уголовной ответственности».

«Заявленные Володиной В.А. угрозы являются результатом их личных неприязненных отношений, а также ревности со стороны Салаева Р.Э.», — прокомментировали ситуацию сотрудники МВД.

Так может быть, проблема не в законодательстве о домашнем насилии, а в соблюдении и практической реализации правоохранительными органами уже существующих законов?

Валерия Володина была вынуждена уехать из России.

В своём решении ЕСПЧ подчеркнул, «эти пробелы в законодательстве наглядно показывают, что власти не признают важность проблемы домашнего насилия в России и дискриминационного эффекта, который насилие оказывает на женщин».

«Мой постылый муж поднимается, за шёлкову плётку принимается…»

Древнерусские памятники права уделяли мало внимания домашнему насилию. Одно из первых упоминаний подобных бытовых драм как проблемы мы находим в знаменитом «Домострое». Этот документ приобрёл мрачную — и в действительности незаслуженную славу.

«Домострой», конечно, не имел законодательной силы. Это сборник рекомендаций, советов и назиданий. Однако он интересен именно как представления о должном и возможном. В наше время разделы этой книги, касающиеся поведения в быту, получили скандальную славу. Кажется, что рекомендации «плетью постегать по вине смотря» или «любя же сына своего, учащай ему раны — и потом не нахвалишься им» не оставляют места для дискуссий.

Однако в действительности автор «Домостроя» как раз старался смягчить нравы. Прочтя этот памятник эпохи целиком, мы обнаружим, что в основном он посвящён вовсе не вопросам битья домочадцев, а теме семейной жизни в целом.

Вопросам насилия в семье там уделяется лишь некоторое — не слишком значительное — место. Причём в первую очередь речь шла именно об ограничении свирепости. Мужу, жене и детям предписывается любить друг друга и вообще мужу на жену не гневатися, а жене на мужа всегды жити в любви и в чистосердии.

На фото: Список конца XVI века «Домострой», кодекс общественной и бытовой морали в крепостническом обществе. Коллаж © L!FE Фото: © РИА Новости / Макс Альперт, med.wikireading.ru

Более того, «Домострой» детально перечисляет, чего делать не следует:

Не гневатися ни жене на мужа ни мужу на жену а по всяку вину по уху ни по виденью не бити, ни под сердце кулаком ни пинком ни посохом не колоть никаким железным или деревяным не бить хто с серца или с кручины так бьет многи притчи от того бывают слепота и глухота и руку и ногу вывихнуть и перст и главоболие и зубная болезнь а у беременных жен и детем поврежение бывает во утробе а плетью с наказанием бережно бити, и разумно и болно и страшно и здорова а толко великая вина и кручинавата дело, и за великое, и за страшное ослушание, и небрежение, ино соимя рубашка плеткою вежливенко побить за руки держа по вине смотря.

Да, с современной точки зрения кажутся диковатыми указания не бить по глазам, не избивать жену посохом и не заниматься членовредительством и «вежливенько» работать плетью.

Это, однако, свидетельство мрачных обычаев эпохи. Вся Европа, от Лиссабона до Урала, состояла из людей преимущественно бедных и тёмных, за плечами которых непрерывно стояла смерть. Так что суровые нравы и фоновая жестокость были обычным делом в тогдашних семьях.

На тот момент мало кто нуждался в дополнительном стимулировании, чтобы кого-то бить. А вот ограничить насилие требовалось, и пусть не в рамках нормативно-правового акта, а в неофициальных рекомендациях семейные драки старались ввести в рамки приличия.

Вообще, явление было распространено, к сожалению, повсеместно — семейные драки были обычным делом. Государство по собственной инициативе подключалось к делу только в тех случаях, когда доходило до прямого членовредительства или убийства. Причём наказания в последнем случае различались для мужа и жены: если женщину за мужеубийство советовали закопать живьём в землю (к счастью, в реальности эту варварскую казнь чаще всего заменяли вечным заточением в монастырь), то мужа за аналогичное преступление только били кнутом.

Надо заметить, однако, что XVII век, несмотря на патриархальные нравы, отметился появлением исков жён к мужьям за дурное обращение.

Андрей Рябушкин. Купеческая семья XVII века. Коллаж © L!FE Фото: © Wikipedia.org

Более того, судебная практика рассмотрения таких дел была довольно обширной. На защите жены, как правило, стояли её родственники, и известны случаи, когда домашних тиранов на полгода-год отправляли в монастырь. Причём жена могла вызволить мужа раньше, для чего составлялась специальная челобитная. Разборы таких дел вели главным образом духовные власти: супруги отвечали за свой брак не только и не столько перед государством, сколько перед небесами.

Ответственность

Термин «домашнее насилие» в российской нормативно-правовой базе отсутствует, в то время как в других странах мира данная категория правонарушений широко освещена.

Административное наказание

В настоящее время административная ответственность за побои со стороны близких людей (супруга, сожителя, родителей), совершенные впервые и без причинения вреда здоровью, предусматривает один из следующих видов наказаний:

  • административный арест на срок от 10 до 15 суток;
  • штраф от 5 до 40 тысяч рублей;
  • обязательные работы на 60-120 часов.

Домашнее насилие статья УК РФ

Если близкий человек снова поднимет руку, его ждёт уголовная ответственность в соответствии со 116 статьёй Уголовного кодекса РФ (побои) в виде:

  • обязательных работ на срок до 360 часов;
  • исправительных работ на срок до 1 года;
  • ограничения свободы на срок до 2 лет;
  • принудительных работ на срок до 2 лет;
  • ареста на срок до 6 месяцев;
  • лишения свободы на срок до 2 лет.

Названные меры административной и уголовной ответственности применяются в России с момента вступления в силу поправок в Уголовный кодекс РФ от 7 февраля 2017 года (об исключении уголовной ответственности за побои или насильственные действия, причинившие физическую боль, но не повлекшие причинение вреда здоровью, в отношении близких лиц совершенные впервые).

После принятия поправок Генсек Совета Европы направил руководству Госдумы и Совета Федерации письмо, в котором выразил обеспокоенность такими изменениями. В ответ такое давление на Госдуму было названо недопустимым .

При принятии закона депутаты руководствовались тем, что ранее побои, совершённые близкими людьми, наказывались более строго нежели те же самые, но совершённые посторонним человеком: близкому человеку — уголовная ответственность, постороннему — административная. Но принятие поправок не означает, что побои стали легализованы.

Мнение общественности разделилось, одни полагают справедливым не привлекать к уголовной ответственности за затрещину или шлепок. Другие напротив считают, что теперь домашние садисты останутся безнаказанными.

А каково ваше мнение на этот счёт? – Пишите в комментариях.

«Бьёт — значит любит» — историческая справка

Выражение уходит своими корнями в древнюю Русь. Многим покажется это удивительным, но физическое насилие мужей над жёнами фактически легализовалось после практически полного искоренения язычества. Считается, что при язычестве женщины имели больше прав.

Укоренилась модель поведения, в обоснование которой легла догма о том, что женщина является корнем зла и источником нечистых сил, для очищения её души и спасения от посмертных страданий мужчина должен поучать и бить свою жену, выражая таким образом заботу о ней. Отсюда вывод: если мужчина не бьёт жену — значит не любит её.

Читайте так же:  Как делится имущество при разводе в ипотеке

Это нашло своё отражение в «Домострое», своде предписаний и наставлений семейного быта 16 века. Мужьям советовалось «учить» своих жён методами физического воздействия, при этом не рекомендовалось бить по лицу, чтобы с женой можно было появиться в обществе, по животу, если женщина беременна, использовать деревянные и железные предметы, «многие беды от того случаются … у беременных женщин и дети в утробе повреждаются». Наносить удары лучше кнутом, а не кулаками, «и больнее, и наука лучше усвоится. А побивши, приголубить, пожалеть и показать как любишь».

Данный исторически значимый документ фактически закрепляет насилие и рукоприкладство, как одну из основ построения семейной жизни и взаимоотношений между супругами в то время. К счастью, в настоящее время подобные рекомендации никакими нормативными правовыми актами не закреплены, однако пережитки прошлого в сознании современных россиян всё же остались.

Правда, одно дело — осознание положения продвинутой частью общества, а другое — повседневная практика. Так, во время опроса, проведённого среди московских студенток в 1908 году, около половины из них сообщили, что подвергались дома телесным наказаниям, многих секли розгами. Что интересно, никто из них не осуждал родителей за такие методы воспитания.

Закон о домашнем насилии в России

В 2016 году законопроект о домашнем насилии уже вносили в Госдуму, однако он не прошел и первое чтение. Более активное обсуждение необходимости создания законодательной базы в этой области началось после принятия закона о декриминализации побоев в 2017 году. От уполномоченного по правам человека в России неоднократно следовали публичные заявления о необходимости профилактики домашнего насилия и создании федерального законодательства в данной области.

До 1 декабря 2019 года планируется завершить подготовку законопроекта о семейно-бытовом насилии, который будет включать в себя в том числе и психологическое насилие. Законопроект направлен на защиту не только женщин, но и детей, инвалидов и пожилых людей.

Среди интересных моментов, которые вероятнее всего будут присутствовать в проекте закона, можно выделить следующие:

  • официальное закрепление понятия «домашнее насилие», и подразделение его на: сексуальное, физическое, экономическое, психологическое;
  • внедрение охранных ордеров, которые помогут изолировать агрессивного мужа или сожителя от женщины и запретят обидчику приближаться к ней;
  • судебное защитное предписание может обязать агрессора покинуть место совместного проживания, даже если он является его собственником;
  • создание курсов управления гневом для агрессоров, комплекса мер по предотвращению рецидивов насильственных действий и их профилактике.

Противники законопроекта обращают внимание, что закон по большей части будет направлен не на женщин-жертв насилия, а на детей. А его основная цель — получить право отбирать детей у родителей без суда и следствия. Второй момент касается психологического насилия, понятие которого весьма субъективно и будет средой для различного рода злоупотреблений.

Аналогичные законопроекты вносились в Госдуму уже 40 раз, однако ни один из них до сих пор не был принят.

По данным отчета Всемирного банка «Women, Business and the Law» за 2018 год, Россия набрала ноль баллов в области законодательства по защите прав женщин, ввиду того, что в стране до сих пор не приняты законы о домашнем насилии, домогательствах на рабочем месте, сексуальном насилии на работе. По данному показателю наша страна оказалась на одном уровне с Либерией, Габоном, Ираном, Йеменом и ОАЭ.

В России действует несколько десятков кризисных центров и убежищ для женщин, переживших насилие. Большинство из них — квартиры, где временно (на срок от нескольких месяцев до года) могут поселиться женщины с детьми, пока ищут работу, новое жильё или ждут окончания судебных разбирательств.

Осведомленность общества о проблемах насилия постепенно растёт, «женщины стали чаще обращаться в связи с психологическим насилием, когда партнёр кричит, бьёт посуду, не даёт выходить из дома», — отметил специалист по связям с общественностью «Кризисного центра для женщин» .

Появляется много литературы и интернет-ресурсов на тему домашнего насилия, не только физического, но и психологического.

Абьюзинг — это термин обозначающий насилие, выражающееся в различных формах унижения, оскорбления, плохого отношения, игнорирования личного мнения и желаний жертвы.

Абьюзер — человек, подвергающий других насилию, оскорбляющий, унижающий, шантажирующий или принуждающий их к чему-то против воли.

Специалисты МЦПИ «Планета Закона» готовы обеспечить как юридическую, так и психологическую помощь в любой сложной семейной ситуации. Не знаете, как поступить? Как оформить развод без согласия мужа? Боитесь, что супруг заберёт детей и лишит всего совместно нажитого? Звоните: + 7 (495) 722-99-33.

Юристы и адвокаты нашей компании много лет помогают людям в разрешении самых сложных семейных вопросов, вам не придётся ходить по судам, видеться и общаться с бывшим супругом, выслушивать сцены выяснения отношений, вновь испытывать чувства угнетения и страха, наши специалисты возьмут на себя решение всех ваших проблем.

Проект закона о домашнем насилии: Не купил жене шубу — уже насильник? Выселяйся из квартиры?!

В телевизоре и интернете рвут друг на друге рубахи — депутаты и общественники спорят — зачем нужен и что нам принесет новый Закон о «домашнем насилии». Защитит женщин от мужей-тиранов? Или разобьет тысячи семей, сделает детей сиротами, отправив их в детдом, а родителей — в тюрьму?

Поняв, что страсти заполыхали не на шутку, Совет Федерации просто взял и опубликовал проект этого Закона — для обсуждения. Всеми кто хочет. На 2 недели.

Давайте обсудим и мы. А главное — посмотрим — что, собственно, в Законе написано.

1. Что такое «домашнее насилие»?

Авторы закона отвечают так:

«Умышленное деяние, причиняющее или содержащее угрозу причинения физического и (или) психического страдания и (или) имущественного вреда, не содержащее признаки административного правонарушения или уголовного преступления».

Что это получается: не дал жене денег на новую шубу — причинил психический вред? Или отказался продавать машину ради поездки на море — вред имущественный?

— Имущественное насилие — это не про какие-то капризы с шубой или отдыхом за границей, — объяснила «КП» адвокат Людмила Айвар. — Вот зарабатывают муж и жена вместе. А деньгами распоряжается кто-то один. И вместо того, чтобы купить колбасу, хлеб домой — он или она тратит все на алкоголь или казино. Психическое насилие — это действия, направленные на создание у жертвы страха перед насильником. Говорят: «Женщины весь мозг проедают». Это насилие, когда тебя постоянно унижают, оскорбляют словами. Определяется через психологическую экспертизу. Там психологи не задают прямых вопросов, но через научные методики определяют, была ли в семье травля.

— Тут нет точных юридических формулировок. Поэтому остаются сплошные маневры для манипуляций, — сказал «КП» депутат Госдумы Виталий Милонов. — Что такое психический вред? В чем он измеряется. Вот посадите перед нами 10 психологов и каждый из них по-своему этому объяснит. Нет одной шкалы для измерения. Но любая ерунда, которая общественнику показалось странной, может стать поводом для проверки семьи. Дальше. Имущественный вред. Как это повернут на практике. Ведь жена или муж смогут терроризировать друг друга: купи сапоги или напишу заявление на тебя в полицию. Или кто-то извне устроит шантаж, давя на самое ценное — их брак.

Почему закон о домашнем насилии расколол общество на тех, кто сильно «за» и резко «против»

2. Кто жертва?

«Супруги, бывшие супруги, лица, имеющие общего ребенка (детей), близкие родственники, а также совместно проживающие и ведущие совместное хозяйство иные лица», — говорится в законе.

— Это ваша жена, ребенок, бабушка. Речь идет о тех, кто живет в одной квартире. Или находится в постоянном контакте, — говорит адвокат Людмила Айвар. — Например, сын-алкоголик приходит к своим пожилым родителям и отбирает у них пенсию. Он по новому закону будет расцениваться, как насильник. Или бывший муж, которой не дает спокойно жить прежней жене.

— Никто не мешает уже сейчас вызвать полицию, если вас терроризирует муж или сын-алкоголик, — уверен депутат Виталий Милонов. — Другой вопрос, смогут ли вас защитить. Раз отобьют. На второй уже не поедут: «А, они постоянно дебоширят». Вот лучше бы заставили участковых и полицейских работать, ходить на вызовы. Зачем плодить новые странные законы.

Читайте так же:  Куда написать отказ от ребенка

По новому Закону предлагают сразу ряд мер, которые помогут отгородить насильника от жертвы Фото: EAST NEWS

3. Касается ли это детей?

Чего боятся противники закона? Что соцработники смогут влезать в семью и забирать у родителей малышей. Или какой-нибудь маленький Павлик Морозов сможет настучать на своих родителей. Мол, мама с папой не купили новый мобильник или приставку — разберитесь с ними.

— С 14 лет ребенок и сам сможет обратиться в полицию или органы соцзащиты, — объясняет адвокат Людмила Айвар. — А если он совсем маленький, то жалобу примут от учителя, воспитателя, соседа или бабушки. На ровном месте подозрений не бывает. Тут, конечно, не про мобильник или приставку речь. Если ребенку не покупают теплую куртку, а на улице холодно. Если не кормят его. Если постоянно запугивают и унижают — и от этого сломалась его психика. Вообще-то, и сейчас соцработники могут изъять ребенка из семьи. Но шашкой махать никто не будет. Мы говорим о проверках, когда есть серьезные подозрения.

— Главное лукавство — закон не коснется детей. В тексте ясно сказано, что речь идет о близких родственниках, — сказал депутат Виталий Милонов . — Представим, что сын не хочет ходить в школу. А его заставляют идти на занятия. Это же против его воли. Чем не повод для того, чтобы ребенок написал жалобу на маму и папу. Закон это только поощряет. Или дали вы ребенку ладошкой по заднице за всякие провинности. Это увидел сосед. Или какой-то активист. Написал кляузу. И ребенка изымают из семьи.

С 14 лет ребенок и сам сможет обратиться в полицию или органы соцзащиты. А если он совсем маленький, то жалобу примут от учителя, воспитателя, соседа или бабушки Фото: EAST NEWS

4. Как спасать?

Согласно новому Закону, заниматься этим будут и участковые, и врачи, и соцработники.И даже общественники, подозревающие факт домашнего насилия, смогут написать жалобу на семью в полицию. Уже потом эксперты смогут прийти в квартиру с проверкой.

Также по новому Закону предлагают сразу ряд мер, которые помогут отгородить насильника от жертвы.

Первое: дебошира могут отправить на профилактическую беседу. Там ему объяснят, чем для него обернутся домашние издевательства.

Второе: психологическая работа. С жертвой и насильником поговорят специалисты, которые попытаются разобраться в их семейной проблеме.

Третья: открытие кризисных центров. Там женщины смогут спрятаться от мужа, чтобы он их не преследовал в обычной жизни.

Четвертое: для нарушителей будут выдавать защитное Предписание на срок от 30 дней до одного года (выдавать его будет участковый). За это время тот, кто напал на своего родственника, не сможет приближаться к жертве. Будет запрещено писать в соцсетях и звонить по телефону. Если правила будут нарушены — выдается уже Судебное предписание (что строже и выдается судом). А если не подействует и оно — будет заведено уголовное дело.

— Здесь все сложно. Если жилье принадлежит жертве — насильника выселят (через суд). И это его проблемы — куда он пойдет. Это тоже должно его останавливать от издевательств, — пояснила «КП» адвокат Айвар. — Если жилье в совместной собственности, тут несколько вариантов. Или насильника выселят. Или женщина временно переедет в кризисный центр. В конце концов, они или помирятся, или окончательно разъедутся, продав квартиру. Последнее — квартира принадлежит агрессору. Тогда жертва уезжает в кризисный центр. Их откроют на деньги государства. Регионам придется на это раскошелиться. Например, в Москве уже существует такой кризисный центр (ул. Дубки, 9А, Москва). И сейчас женщины могут там получать помощь.

Михаил Леонтьев: Чтобы защитить женщин, надо очень сильно расширить границы необходимой самообороны

МНЕНИЕ «ПРОТИВ»

Павел Островский, священник:

— В нынешнем виде закон не нужен. Оговорюсь, мы против домашнего насилия. Никто из нас не собирается защищать мужчин, которые избивают своих жен. Но этот закон — он совсем не про домашнее насилие. Посмотрите, какие-то непонятные общественные организации смогут писать жалобы на мам и пап. Потом эти организации хотят наделить правами работать с семейными проблемами. Кто эти люди? Почему мы должны их пускать в свою семью?

Дальше — зачем принимать новый закон, если не работают старые. Вот издевается мужчина над женщиной, написали заявление в полицию, а там ответ: «Когда убьют — приходите». Когда примут этот закон — что-то поменяется? Нет. Нужно уже сейчас заставить работать полицию, участковых.

И еще — Закон о «домашнем насилии» предполагает вмешательство в воспитание наших детей. Вот я воспитываю малышей по-христиански. А с либеральной точки зрения это могут расценить как насилие. Якобы я им навязываю свою веру. Или принуждаю учить уроки, что могут расценить как психологическое насилие. Это очень страшный закон для каждой семьи.

МНЕНИЕ «ЗА»

Оксана Пушкина, депутат Госдумы:

В сегодняшнем нашем обществе, где уровень агрессии зашкаливает, не вмешиваться в семью нельзя. Как вмешиваться, кем вмешиваться, какими путями, насколько деликатно, как с точки зрения права — вот это всё обсуждается. И служба опеки обсуждается. А ничего не двигается. Наш законопроект не про детей, потому что, по нашей установке, дети сегодня защищены, у них есть свои защитные механизмы: служба опеки, инспекция по делам несовершеннолетних и так далее. Мы сегодня говорим только о жертвах домашнего насилия. И вот здесь у нас полный бардак. Кому-то надо наводить порядок. Кто-то должен взять на себя ответственность. Никто не хочет брать. Так комфортно. Фразу «после нас хоть потоп» я слышу и в здании Госдумы тоже. И «раньше как-то жили и теперь разберутся». И «куда вы лезете в семейную жизнь». И «только внутри можно разобраться». Ну вот, один разобрался: руки отрубил. Кстати, 80% женщин, сидящих на зоне за убийство, сидят за так называемую самооборону от мужей-тиранов.

Николай Стариков: Законопроект о домашнем насилии говорит о «психических страданиях». То есть зять сможет выселить пилящую его тёщу за страдания?

МНЕНИЕ

Побить жену все равно, что не правильно припарковаться?

Пока мы тут рассуждаем нужен закон или нет, 30 000 жертв насилия (такая неофициальная цифра, официальных нет) в опасности у себя дома. Домашнее насилие, пожалуй, единственное преступление которое вообще никак не регламентировано и не рассматривается уголовными законами РФ .

Ни профилактики, ни мер, ни адекватных следствий и наказаний — ничего. А жертв — тысячи. (подробности)

Поссорился с женой — жди на кухне Шарикова из «Собачьего сердца»

Эпидемия из Европы под названием «профилактика семейно-бытового насилия» рвется в Россию .

Что из этого может получиться? Да примерно понятно. То же, что было несколько лет назад с общественной организацией «Стопкиднеппинг». Этой интересной организации «Комсомолка» посвятила несколько материалов. (подробности)

Видео (кликните для воспроизведения).

Екатерина Шульман: Полицейские не любят принимать заявления о побоях, так как знают, что 7 из 10 заберут в течение 3 дней

Источники

Литература


  1. Рыжаков, А. П. Защитник в уголовном процессе / А.П. Рыжаков. — М.: Экзамен, 2016. — 480 c.

  2. Юсуфов, А. Г. История и методология биологии / А.Г. Юсуфов, М.А. Магомедова. — М.: Высшая школа, 2014. — 238 c.

  3. Домашняя юридическая энциклопедия. Семья / ред. И.М. Кузнецова. — М.: Олимп, 1999. — 608 c.
  4. Курганов, С. И. Комментарий к судебной практике по проблемам исполнения уголовного наказания / С.И. Курганов. — М.: Юрайт, 2015. — 322 c.
  5. Матвиенко, Л.О.; Соколов, А.Н. Как оформить земельный участок в собственность; М.: Инфра-М, 2013. — 425 c.
Домашнее насилие ссср
Оценка 5 проголосовавших: 1

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here